черные тучи падучи белые тучи летучи

Вверх через шесть пролетов 
я бежал и ворвался в свою меблирашку,
распахнул окно 
и стал выбрасывать
все эти самые важные в жизни вещи. 

Сначала - Правду, визжавшую словно доносчик:
«Не смей! А то всё расскажу про тебя!» -
«Неужели? А мне нечего скрывать… Вон!»
Затем — Бога, в озлоблении ревевшего:
«Не виноватый я! И не я всему причина!» - «Вон!»
После — Любовь, подкупавшую тем, что сила не покинет меня,
и что все телки с обложек - мои.
Я выпнул ее в окно под толстую задницу:
«В конце концов от тебя только облом!»
Потом я поднял Веру-Надежду-Сострадание,
все три они, слипшись вместе, сказали,
что без них мне точно каюк.
«А с вами - точно глушняк! Пока!» - сказал я.

Наконец — и Красоту … ах, Красота —
Когда я вёл ее к окну,
то говорил ей: «В жизни больше всех тебя любил
… но ты убийца; убийца-красота!»
Но, если честно, не хотел я сталкивать её,
я сразу же помчался вниз, пока она парила, 
и вовремя успел, чтобы поймать ее. 
«Ты спас меня» — всплакнула Красота. 
Я опустил ее на землю и сказал: «Вали».

Обратно - те же шесть пролетов,
шел найти денег и, как всё, - в окно.
но денег не нашёл.
Всё, что в моем жилье осталось — Смерть,
за мойкой в кухне пряталась она.
«Нет меня, нет!» — верещала она — 
«Я просто байка, рассказанная жизнью…»
Смеясь, я выкинул её, мойку и всю чухню,
и внезапно осознал, Умение Смеяться -
вот что у меня оставалось.
И всё, что я мог сказать Смеху:  
«Прыгай в окно вместе с окном!»

(с) я, перевод с англ.